Четыре года назад при строительстве подземного перехода на Садовом кольце археологи раскопали фундамент знаменитой Сухаревой башни. Работы резко застопорились: ведь сейчас там возводили не только лишь пешеходный тоннель, да и музей башни. В конце концов, в сентябре 2008 года долгожданный переход открылся. Но никаких следов башни и музея тут нет. «Известия» попробовали разобраться, куда пропала неповторимая находка. И как вышло, что ради музея переход строили в два раза подольше положенного, а музея так и нет.
Построенную в 1695 году Сухареву башню снесли в 1934 году по приказу отца народов. Молвят, она мешала расширению Садового кольца. Уцелел только фундамент. Долгие и длительные годы он покоился на глубине под Садовым кольцом.
В 2000-х мог исчезнуть и он. Развитие ситуации напоминало сюжет 70-летней давности: расширенное Садовое кольцо опять не управлялось с транспортным потоком. Согласно постановлению столичного правительства (N 185 от 27 февраля 2001 года) Москомархитектура обязана была создать проект бессветофорного движения через Сухаревскую площадь. По итогам совещаний было решено: на указанном месте выстроить подземный переход.
Стройку началось спустя четыре года. Не подозревающие о существовании башни проектировщики решили рыть по самому недлинному маршруту. Который, как оказывается, проходил через сохраненный фундамент.
— Мы здесь же начали прорабатывать вероятные варианты сохранения фундамента, — говорит советник мэра, основной археолог столицы Александр Векслер. — Был изменен проект пешеходного перехода. По новенькому варианту он обходил башню стороной. Имел не прямую, а «ломаную» форму. Из-за таковой конфигурации перехода немалые сроки ушли на прокладку новейших подземных коммуникаций. И пока строители занимались своим делом, мы вели археологические изыскания.
Находок оказалось настолько не мало, что городские власти задумали прямо в переходе сделать музей Сухаревой башни. Найденную под землей древную кладку пообещали выставить на всеобщее обозрение. Эта новость не раз становилось темой пресс-конференций и репортажей. Ради такового дела пешеходы и автомобилисты смирились с неприлично затянувшимся сроком строительства перехода.
В конце концов, он открылся — но ни фундамента, ни музея не видно. Заурядный переход.
— По техническим причинам сделать музей на данный момент не удалось, — признается Векслер. — Нужен иной проект. Фундамент лежит близко к поверхности. В земле просто не остается места для сводов музея. В итоге было решено законсервировать историческую находку: после окончания раскопок стенки аккуратненько засыпали песком.
— Другими словами ради башни изменили проект, выстроили «ломаный» переход, фундамент раскопали… а позже засыпали опять?
— Выходит, что так. Но это не означает, что музей не покажется позже.
— Снова будете копать? — с страхом спрашиваю я, припоминая стройку перехода и огромные авто пробки на Садовом и Сретенке.
— Может будем, а может нет. На данный момент есть много методов строительства. Это будет изготовлено в наиблежайшие два года. Снутри новейшего подземного перехода будет раскрыта часть кладки и обустроена остекленная ниша, в которую потом можно поместить обнаруженные в толще земли экспонаты. У основания башни найдено большущее число предметов быта — керамика, монеты, декорации, курительные трубки.
Что-то схожее мы слышали пару лет. Но не проще ли сходу сделать все одним ударом?
— У нас задачка какая? — рассуждает Александр Векслер. — Отыскать и сохранить. При всем этом по способности не мешать жизни городка. Мы занимались своим делом. Строители своим. Раскопки шли в чрезвычайно сложных критериях. Но мы все отыскали. Все обрисовали. А сам фундамент аккуратненько «упаковали», чтоб он сохранился для потомков.