И пусть Савл станет Павлом Бандиты: изгои общества либо его часть...

И пусть Савл станет Павлом Бандиты: изгои общества либо его часть В новогоднюю ночь мы все становимся незначительно детками. Кажется, что сейчас, сию минутку жизнь поменяется - все беды и мучения уходящий год заберет с собой, а впереди нас ожидает лишь удовлетворенность, фуррор, благополучие. Как досадно бы это не звучало, горьковатые вести о избиении в новогодние дни узнаваемых всей стране людей вновь напомнили, что мир, в каком мы живем, совершенно не похож на сказку.

Нынешний наш разговор построен на обсуждении статей 2-ух создателей - Юрия БОГОМОЛОВА "Избитые истины" (09.01.2002) и нашего читателя из Рыбинска Андрея НОВИКОВА, чье письмо вы сможете прочесть на данной страничке.

(Наши соклубники ознакомились с ним заблаговременно по электронной почте.) Известинский создатель считает, что преступления против Жванецкого и Германа - преступления "знаковые".

Так как совершены против "знаковых" людей.

Что-то ужасное происходит в этом датском царстве.

Бандитизм стал плотью и кровью новейшего страны, а поэтому правительство само стало правонарушителем, считает Андрей НОВИКОВ.

Интересно, что в собственных письмах читатели не один раз вспоминали библейское сказание о бывшем гонителе христиан Савле, который раскаялся, прозрел и стал проповедником.

Его весь мир сейчас помнит как апостола Павла.

Может, это не случаем? Издавна уже думаю: куда пропали "новейшие российские"?

Ни слуху о их больше ни духу! А куда делись бандиты?

Ведь и они куда-то пропали!

Помню, еще год-два назад иду по Рыбинску, смотрю: стоит личность в тренировочных брюках, ключами на брелоке играет.

Бандит. На данный момент иду: на том же месте пост милицейский...

Иду из библиотеки и лоб в лоб сталкиваюсь с физиономией как будто бы чрезвычайно знакомой.

Лет восемь его не лицезрел - с того времени как он мне в примыкающем парке почки отбивал. Был он тогда здоровый, красноватый как рак, с сиим самым брелоком на пальце и в кроссовках со шнуровкой.

Позже куда-то пропал. Оказалось: года два отсидел и вышел.

Умопомрачительная метаморфоза случилась с ним. Лицо скукожилось, в обеих руках сумки с кефиром.

Полностью новейший человек! 2-ой пример.

В парке гуляю и вижу юного мужчину с собачкой. Мужчина совсем обычный, идет и веточкой помахивает.

Но кое-чем привлек мое внимание, осознать не могу.

Походка, что ли, странноватая, либо как он эту веточку несет.

Прихожу домой и вдруг соображаю: это ведь бандит.

Прошлый. Обуржуазившийся.

Ставший добропорядочным обывателем.

Неописуемая метаморфоза!

Бандитское сословие растворилось в обществе, точно сахар в чае.

Можно и пить, если б не чувство приторности от всех этих собаковыгуливающих. Кто они?

Откуда?

Что за общество появилось? Мне кажется, исторический смысл российского бандитизма стал обнаруживаться лишь сейчас, когда бандиты - как отдельная подкультура - пропали.

Были черти - да сгинули! Но ведь не через землю же они провалились - стали материалом для общественного строительства новейших сословий, форм жизни, страны, в конце концов.

На дворе издавна уже постбандитские времена: юные люди идут служить в армию, в милицию, грезят о карьере в военно-промышленном комплексе.

Много ли вы лицезрели за крайние полгода вокруг себя "новейших российских" с растопыренными пальцами?

Я вот что-то не вижу издавна. Подвергнуты жестокой анекдотизации, превращены в карикатуру - верный признак того, что их время ушло.

А начиналось-то - помните с чего же? В 88-м году некоторая респектабельная южноамериканская газета написала о стремительно возникающем слое новейших русских людей - новейших российских: бизнесменов, работающих утром до ночи в собственных кооперативах и, естественно, много зарабатывающих.

Другими словами "новеньким русским" был, к примеру, покойный офтальмолог Святослав Федоров. Вы сможете представить его с растопыренными пальцами?

Почему же сиим словом позже стали обозначать всякую дрянь?

Аналогичный вопросец: почему словом "коммунист", после того как из партии ушли фанатики, стали именовать всяких бюрократов, ретроградов? Да поэтому, что такая судьба всех модернистских элит (понимаю, что сопоставление неправильно по масштабности, и все таки какая-то аналогия здесь возможна).

Неудача с созданием новейшего российского класса - это лишь один из примеров перерождения и краха модернистских элит в Рф. Вспомните дворян: чем они начинали (романтикой, рыцарством, утонченным патриотизмом и литературными занятиями; фактически, все, что мы вкладываем в имя Пушкин, является квинтэссенцией российской дворянской культуры). И чем окончили?

Помещиками-выродками (см. "Мертвые души" Гоголя), бессмысленными дуэлями, пошлейшими жестами и реликвиями, другими словами тем, к чему дворянство пришло уже к началу XX века. Перечень неудавшихся либо переродившихся модернистских элит можно продолжить.

Скажем, бояре - люди в меховых шапках, самодуры, местные князьки.

А начиналось? В XI веке боярами назывались юные рыцари, отличившиеся удалью молодецкой, которым давалась в управление вотчина.

В Европе таковых людей баронами назвали, в Рф - боярами.

Вариант с "новенькими русскими" хоть и мелковат, но из данной же череды. При этом ежели прежние модернистские классы (коммунисты, дворяне, бояре) проходили какую-никакую героическую стадию, то "новейшие российские", кажется, и данной стадии не прошли.

Сходу, ежели тут так можно выразиться, из князей да в грязюка. Российский либеральный класс, который по идее должен работать утром до вечера, приумножая свои и публичные богатства, создавать свою "протестантскую этику", как это и было на Западе в прошедших веках, сгнил вначале.

На данный момент при упоминании "новейших российских" в сознании может показаться лишь тварь, обожравшаяся, эгоистическая, беспощадная, пугливая, безразличная к иным, и ничего больше.

А в затылок данной твари дышала уже последующая - бандиты. В сути, бандитизм был нашим "социально-властным рынком", накрывшим 1-ый, новорусско-предпринимательский.

По правде, ежели средства позволительно делать "на всем", то к чему вообщем открывать кооперативы, банки, пельменные, бензоколонки? Можно просто взять хоть какого кооператора и доить его, как дойную корову.

Наш бандитизм, экстраполированный в социальную жизнь, был не чем другим, как "террористической бюрократией", специфичной формой управления обществом.

Ежели угодно, эта бандитская этика, бандитские законы и "понятия" и стали российской разновидностью "протестантской этики".

Общество обязано было как-то управляться - потому возникли бандиты. Экстраполяция бандитского сословия в общенациональную культуру, в класс "террористической бюрократии" - прямой итог неудачи нашего либерализма, неспособности нашего либерального класса (другими словами наших реальных новейших российских) сделать свою общественную этику, построенную на труде и воздаянии.

Жизнь начала управляться по законам "зоны".

И, что меня восхищает, общество наше приняло бандитскую этику. Моя рыбинская знакомая Татьяна, "музыкант по вызову", говорит мне: "Посреди бандитов я чувствую себя расслабленно и уверенно.

Как дама. Не то что посреди "новейших российских".

Фактически, к истинному времени с "неформальным" бандитизмом покончено. Приблизительно с 1998-1999 годов (знаковым событием тут стала 2-ая чеченская война) в Рф начало складываться институциональное новорусское правительство.

Бандиты уступили место ментам. Очевидно, дело тут не только лишь в ментах, а вообщем в силовых и особых структурах.

В новейшей армии, новеньком чиновничестве, новеньком ФСБ, новейших корпоративных организациях.

Может быть, равномерно у нас покажутся и какие-то новейшие тайные организации - процесс развития и деления новорусского страны, начавшийся с угнетения "неформальной" преступности и массовых зачисток снутри страны, будет длиться.

Тем более роль конструктивной бандитской культуры, расцвет которой выпал на середину 90-х, в формировании этого новорусского институционального страны огромна.

Будем откровенны: правительство обуздало преступность поэтому, что само - в неком смысле - стало правонарушителем. Оно поглотило предыдущий "неформальный" бандитизм, как губка воду.

Преступность никуда не исчезла, она только достигла таковых укрупненных размеров, что соединилась с самими муниципальными структурами. Вспоминаю собственного старенького знакомого Юрия Ласточкина.

Начинал как обычный "новейший российский", я знал его с юношества: обычный хапуга, циник до мозга костей. И вдруг становится директором наикрупнейшго моторостроительного компании.

Скажите, какое государственное мышление быть может у человека, начинавшего разговор фразой: "Завод можно взорвать, он на фиг никому не нужен"?

Тем более конкретно Ласточкин и начал подымать "Рыбинские моторы".

И это не лицемерие, Савл вправду стал Павлом.

"Новейший российский" перевоплотился в заботливого директора. Таковых примеров много.

Время от времени думаешь: может, не было никаких "новейших российских", это лишь маска русской молодежи, выбитой из колеи перестройкой? Боюсь, вообщем, что это действительность.

"Новейшие российские" и новорусский бандитизм - не маска. Это - конструктивная неформальная культура, вошедшая в плоть и кровь новейшей Рф... Исторический ресурс новорусского страны - я думаю, 10-20 лет.

И ежели не придет какая-то новенькая метафизика власти, Наша родина к 2015 году начнет распадаться еще катастрофичнее, чем распадался СССР в конце 80-х...