Президент Владимир Путин принял во вторник в Кремле премьер-министра Греции Константиноса Караманлиса. Обсудив состояние двусторонних отношений и подписав принципиальный протокол о учреждении интернациональной проектной компании Бургас — Александруполис (которая займется вопросцами строительства одноименного нефтепровода), политики пообщались с прессой. Путин, который за день ранее верно заявил о перспективах собственного премьерства, смотрелся чрезвычайно особенно.
Констатировав теплые дела меж Москвой и Афинами, президент и премьер-министр предложили журналистам задать по вопросцу. Представитель русского информагентства немедля пожелал выяснить, как Путин и Караманлис прокомментируют то, что «некие чиновники Евросоюза критично относятся к удачным взаимоотношениям Рф и Греции, считая их лишне тесноватыми».
— Вы понимаете, я ближайшее время занимался тем, что мы решали вопросцы сбалансирования бюджета на 2008-2010 годы, — нежданно начал Путин. — Занимались неуввязками общественного нрава, пенсионного обеспечения… Не имел способности ознакомиться с мнением отдельных чиновников, даже таковых уважаемых, которые работают в Брюсселе, и вообщем не хочет их комментировать.
Невзирая на нежелание комментировать, это было не что другое, как комментарий. Но комментарий, который полностью мог бы прозвучать, скажем, из уст премьер-министра Виктора Зубкова либо ранее — из уст Миши Фрадкова. Неуж-то Путин уже тренился?
Путин продолжил говорить про то, что «у нас с Евросоюзом, слава богу, развиваются дела в целом хорошо» и что Москва все таки рассчитывает на скорое подписание длительного соглашения о сотрудничестве. Наступила пауза. После этого Путин вдруг на одном дыхании завершил собственный ответ:
— Потому думаю, мы можем абстрагироваться от тех, кто недостаточно глубоко вникает в нрав нашего сотрудничества… — это уже было больше похоже на него прежнего.
Греческий журналист попросил поведать о военно-техническом содействии (Греция — единственная страна НАТО, закупающая в огромных размерах наше орудие).
— Наша родина — это чрезвычайно надежный партнер, который не дозволяет никому оказывать какое бы то ни было давление на нас, и никаких политических ограничений на военно-техническое сотрудничество с Грецией у Рф не было, нет и никогда не будет, — агрессивно произнес Путин.
Высказался так, как это умеет Путин-президент. Как это будет говорить премьер-министр?