Так случилось: внеочередные выборы президента Абхазии совпали...
Так случилось: внеочередные выборы президента Абхазии совпали с третьей годовщиной признания республики Россией. Эта дата — 26 августа — сейчас стала Деньком независимости в республике. Накануне корреспондент «Известий» Дмитрий Стешанов взял интервью у 1-го из кандидатов — бывшего вице-президента республики (в предвыборный период должностные лица уходят в неотклонимый отпуск) Александра Анкваба.
— Александр Золотинскович, на сегодняшних выборах столкнутся самые известные люди в Абхазии.
Мы помним, что в 2004-м Абхазия длительное время не могла определиться с президентом.
В Сухуме собирались вооруженные сторонники кандидатов.
Что на данный момент происходит в республике?
— Таковая ситуация не обязана повториться.
И то, что все кандидаты отлично известны в республике, является решающим фактором. Что касается ситуации в канун выборов, то могу оценить ее как довольно напряженную.
Есть некие тенденции к искусственному нагнетанию обстановки, действию на избирателей способами не совершенно корректными. Согласитесь, опыт проведения других, демократических выборов в стране еще пока невелик.
Но это вопросец времени. — Бюджет страны в большей степени сформирован на базе денежной помощи Рф. Есть ли у Абхазии способности для построения настоящей своей экономики?
— Муниципальный бюджет Абхазии вправду сформирован, в том числе на базе русской помощи.
Это принципиальная позиция, которой светлой памяти президент Сергей Багапш и я, в ту пору премьер-министр, строго придерживались. Если б финансовая помощь Рф поступала и расходовалась по каким-то другим каналам, то просто представить, что бы от нее осталось.
Конкретно потому было принято сложное, но жесткое решение включить все поступающие из Рф средства в муниципальный бюджет.
В нем постатейно расписано, сколько и на восстановление каких объектов расходует правительство.
Сиим мы достигаем прозрачности и мотивированного расходования средств. Для Абхазии собственная экономика — вопросец суверенитета, вопросец выживаемости.
Государственная экономика не обязана базироваться лишь на наружной помощи, которая, непременно, принципиальна для нас. Потенциал в Абхазии для этого есть.
Ежели в 2005 году в бюджете республики было всего 644 млн наших, абхазских рублей, то сейчас собственные поступления добиваются 2,5 миллиардов.
К тому же после признания Абхазии для нас наступил новейший период развития, новенькая эпоха. И поддержка Рф нам нужна для массивного толчка еще пока слабенькой государственной экономики.
— По какому пути пойдет развитие абхазской экономики? — Сначала это сельское хозяйство.
Здесь просто должно вмешаться правительство, простимулировать его.
Потом развитие наукоемких и инновационно нацеленных производств.
Само собой, сфера туристского бизнеса остается одной из приоритетных.
Чтоб все это заработало, мы должны завершить процесс формирования полностью прозрачной и понятной вкладывательной и налоговой политики.
В Абхазии в довоенном прошедшем были мощное сельское хозяйство и массивная местная индустрия.
Без наших мандаринов ни один Новейший год не проходил!
Делали сувениры, собирали мебель.
Мы сами удачно кормили курортников и высылали сельхозпродукцию в остальные регионы.
Но на данный момент хозяйства разрушены. Чай практически не выращивается.
Табачные плантации заброшены. Требуется большая работа по восстановлению муниципальных виноградников.
На данный момент зайдешь на рынок — всюду импорт.
Даже сувениры с символикой Абхазии — и те делаются в Китае. Наша задачка — не лишь возродить обычное для Абхазии сельхозпроизводство, да и выстроить на современных разработках базу для их переработки.
Для этого фермерские хозяйства и колхозы получат нужную помощь из бюджета.
Раздельно скажу про курорты.
Мы пока проигрываем мировым курортным центрам и по ценам, и по сервису. Но это явление временное.
Будем создавать круглогодичные курортные сети.
Природа в этом смысле щедро одарила Абхазию.
Не воспользоваться таковыми ресурсами — грех. — Что Абхазия экспортирует на данный момент?
— Уголь — в Турцию, вино, фрукты и цитрусовые — в Россию. К огорчению, в маленьких количествах.
Пожалуй, все.
Ведь создание цитрусовых свалилось вчетверо — плантации старенькые, новейших закладок не производили, ну и средств на это в послевоенное время не было. То же и с виноградниками.
Нужно все это в ускоренном темпе восстанавливать.
— Молвят, что иностранные инвесторы боятся абхазской бюрократии не торопятся вкладывать свои миллионы... — Молва таковая идет.
Но страна у нас малая, потому разобраться с нерадивыми чинушами, с бюрократией можно в течение 1-го светового дня. А вот относительно гарантий инвесторам могу огласить, что меж Абхазией и Россией подписано Соглашение о взаимной защите инвестиций.
Это базисный межгосударственный документ. На данный момент нужно улучшать национальное законодательство.
Коррупция есть везде. И в Абхазии тоже.
Не буду говорить общие слова о том, как мы боремся с ней.
Но защиту от коррупционного жулья различного калибра и фасонов правительство обязано обеспечить.
А то никакие средства из Рф не выручат страну от бедности и самого печального грядущего.
— Спустя три года после «пятидневной войны» с Грузией могут повториться те страшные действия?
— Пока меж Абхазией и Грузией нет контракта о мире, заключенного при интернациональных гарантиях, таковая угроза существует. У нас есть хорошая государственная армия с боевым и резервным составом.
Не считая того, наша сохранность обеспечивается Контрактом о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи с Русской Федерацией. В Абхазии расквартированы русские пограничники и 7-я военная база.
Мы совместно несем охрану границ и отвечаем за покой людей и в горах, и на побережье, и на море. Но наша возлюбленная народная армия тоже нуждается в реформах.
Время от нас просит перебегать на контрактную базу. Но и от призывников мы не хотят отрешаться.
Нам нужны малогабаритные мобильные службы.
Сделать их работу нам помогают русские коллеги. — В ближайшее время грузинская печать разыгрывает так именуемую черкесскую тему, типо о геноциде черкесов русскими властями.
Она затрагивает не только лишь Россию, да и Абхазию.
Существует ли «черкесский вопрос»?
— Эту карту разыгрывают недружественные Абхазии и нашему стратегическому союзнику — Рф — страны. Ведут пропаганду меж 2-мя братскими народами.
Естественно, в русский период было изготовлено много ошибок на Северном Кавказе.
Пресекались контакты меж абхазами и схожими нам народами. А парламент Грузии вдруг ни с того ни с этого признает «геноцид черкесского народа».
Я думаю, в преддверии сочинской Олимпиады эта истерия с грузинской стороны будет лишь усиливаться. Но сами грузины запамятовали, как их генералы опустошали наши земли веками.
А сколько людей лишилось крова во время сталинского передела Кавказа и высылки народов в Казахстан?
Это ли не геноцид? Заместо того чтоб вбивать клинья меж народами Кавказа, грузинские политики лучше бы задумывались о будущем региона.
А будущее за укреплением связей наших народов. И я рад, что Абхазия и Наша родина в этом вопросце идут нога в ногу.
— Трудности снутри Абхазской церкви вышли далековато за ее пределы.
Поговаривают о расколе.
Что все-таки вышло?
— Это давний конфликт меж различными поколениями священнослужителей.
Конфликт, который перерос в раскол.
И мы не имеем права флегмантично относиться к тому, что вышло.
Я попробовал усадить за круглый стол священников. И хотя церковь у нас по конституции разделена от страны, наши священники — больше чем служители Бога.
Они служат обществу. Они — часть народа.
Его совесть.
И долг страны — посодействовать преодолеть разногласия. Все поколения нашего общества лицезреют один лишь путь: восстановление автокефалии Абхазской православной церкви.
Как этого достичь, покажет время.
— В странах Близкого Востока и в Турции проживает бессчетная абхазская диаспора. Как с ними строятся дела?
Много ли желающих возвратиться на этническую родину? — В итоге противоборства 2-ух великих империй — Русской и Оттоманской — крупная часть абхазского народа и схожих нам черкесов, адыгов оказалась вне собственной родины.
Результатом данной великой катастрофы и стала наша малочисленность в собственном отечестве, что, в свою очередь, сделало абхазов уязвимыми в контексте следующих событий.
А политика искусственного конфигурации государственного состава населения Абхазии в советскую эру, проводимая Берией? Наши активные контакты с забугорной диаспорой развиваются крайние 20 с маленьким лет.
Наша задачка — адаптировать желающих возвратиться сограждан так, чтоб ни у кого не появлялось заморочек. Чтоб нас стало больше.
Чтоб мы могли эффективнее возрождать страну, а не играться в голый патриотизм.
— Абхазию признали несколько стран.
Самое огромное из их — Наша родина. А сравнимо не так давно европейские структуры стали проводить политику «вовлечения без признания» вашей республики.
Как вы к этому относитесь?
— Ничего положительного в данной политике я не вижу.
Пустые слова. Возможно, им нужно кое-чем заниматься для отчетов в Европе, вот они и делают видимость бурной деятельности.
Скажу больше: декларации европейских чиновников по вопросцам Абхазии и Южной Осетии ничего не имеют общего с настоящими делами.
Мы до этого времени не можем отправлять собственных людей в далекое зарубежье даже для исцеления. Мучаются студенты, лишенные обмена.
Наши именитые танцоры и музыканты не могут получить визу, хотя билеты на их концерты уже проданы.
Я не говорю уже о туристах.
Спрашивается, куда с таковой «политикой» они желают вовлечь Абхазию? Нет колебаний в том, что таковым образом они пробуют воплотить свою мечту — затянуть нас опять в Грузию.
Наивно. Обратного пути нет.
Наш горьковатый многолетний опыт говорит о другом: Грузия не та страна, которая нам нужна.
Да, жить в состоянии приглушенной войны плохо.
Понимая это, мы и стремимся заключить мирный контракт.
Слабо верим даже в отдаленную возможность установления добрососедских межгосударственных отношений с Грузией, да и эту форточку не закрываем. Поймите, для нас признание Россией является еще наиболее принципиальным, чем же не несущий в для себя ничего полезного парад остальных признаний.
Мы — малая страна. Мы несут ответственность за то, каким образом сейчас в Абхазии будут распоряжаться политической, экономической, военной, гуманитарной поддержкой Рф и какие шансы для самостоятельного развития закладываем на будущее.
Могу гарантировать, что Абхазии не будет постыдно за то, как мы поступили с данной поддержкой наших друзей. При всем этом мы наращиваем полезные и взаимовыгодные контакты с иными странами.
Этот процесс не скор, да и нам некуда спешить. Тем паче что достижение целей и задач, которые ставит впереди себя Абхазия, просит времени, настойчивости, терпения и упорства.
Стройку правового, демократического, настоящего страны не то же самое, что сконструировать потемкинскую деревню, какой является Грузия для заморских гостей.
У нас цели посерьезнее.