Застать в Москве неизменного представителя Программы развития ООН практически...

Застать в Москве неизменного представителя Программы развития ООН практически нереально, он то разъезжает по регионам, то отчаливает за границу, потому интервью с ним возникают в нашей прессе чрезвычайно изредка. Но для читателей "Известий" Фредерик ЛАЙОНС сделал исключение и ответил на вопросцы нашего корреспондента Жору ИЛЬИЧЕВА. - Государь Лайонс, в чем сущность работы ООН в нашей стране?

- Университеты Организации Объединенных Наций работают в Рф со 2-ой половины 1940-х годов, когда в Москве был открыт наш Информационный центр, а позже - консульство Интернациональной организации труда. После появления в Восточной Европе и республиках бывшего СССР такового парадокса, как переходная экономика, ООН стала уделять внимание социально-экономическим и гуманитарным дилеммам в этих странах.

Потому почти все учреждения ООН - Программа развития ООН, Глобальная продовольственная программа, ЮНИСЕФ и остальные - открыли свои кабинеты, чтоб работать над определенными неуввязками, которые вставали и встают перед Россией. - В чем все-таки конкретно заключается помощь ООН?

- В нашей работе существует ряд направлений. Сначала это техническое содействие.

ООН накоплен огромный опыт работы во почти всех странах, который передается в форме технического содействия как правительственным, так и публичным организациям Рф. Это то поле, где иностранные и русские спецы находят базу для совместных действий по множеству вопросцев: от модернизации индустрии депрессивных регионов до борьбы с распространением СПИДа.

Иная форма нашей работы - финансовая поддержка. Естественно, тяжело ассоциировать ту помощь, которую можем предложить мы, с способностями Глобального банка и Интернационального денежного фонда.

За крайние 12-13 лет Глобальный банк предоставил Рф в качестве инвестиций и займов наиболее 10 млрд баксов.

А все учреждения ООН совместно взятые за крайние 5 лет выделяли раз в год в среднем 20-25 миллионов баксов на развитие собственных программ в Рф. Но эти средства шли на решение определенных задач.

В конечном счете не только лишь средства определяют степень помощи и поддержки, которую можно оказать.

Я говорю о наших ноу-хау, о наших способностях создавать сеть партнерских отношений для страны, которая открывает свою экономику и свое общество остальному миру.

- Существует мировоззрение, согласно которому все страны мира делятся на "северные" (более богатые) и "южные".

К какому типу государств, согласно таковой классификации, относят Россию в ООН? - Россию можно отнести к третьей категории, к категории государств с переходной экономикой.

С одной стороны, Россию различают от почти всех остальных государств значимые научно-технические заслуги. Уровень образованности вашего населения - один из самых больших в мире.

А мед сервис еще не так давно достигало чрезвычайно огромных высот.

С иной стороны, граждане Рф, как и остальных государств переходной группы, прошли за ближайшее время ряд томных стрессовых ситуаций, связанных в том числе и с их материальным положением.

Конкретно эти стрессы делают базу для неравенства, возникновения новейших форм бедности, биться с которыми можно лишь методом чрезвычайно глубочайшего реформирования в течение долгого периода времени.

Совершенно не так давно мы выпустили особый Доклад о развитии людского потенциала в Рф за 2001 год.

Некие данные, характеризующие социально-экономическое неравенство в масштабах всей страны, оказываются на виду. Мы повсевременно обсуждаем с русскими правительственными чиновниками - как сохранить систему общественного обеспечения для бедных?

Как реформировать сами правительственные учреждения, чтоб они в большей степени отвечали соц потребностям общества? - Вы посетили почти все русские регионы.

Что из увиденного оставило более глубочайшее воспоминание? - Лишь за последнюю недельку я побывал на Камчатке и в Якутии, выезжал по поводу оказания гуманитарной помощи на Северный Кавказ, был в Республике Коми и на Алтае, дискуссировал в Брянске план мероприятий, направленных на смягчение последствий чернобыльской катастрофы.

Больше всего меня поразило то, с чем сталкивается сельское население.

Основная часть реформ до него еще не дошла.

А ведь это конкретно та часть страны, где нужно проводить реформы сначала: децентрализацию, развитие местного самоуправления.

В неких регионах меня поразило, сколько уже изготовлено в плане развития производства на сельскохозяйственных землях, как удачно россияне преодолевают делему скудности почв.

С иной стороны, чрезвычайно огромную тревогу вызвали у меня неувязка сохранности рыбных запасов Охотского моря и экологические утраты на Камчатке, неувязка сохранения великих русских лесов. Не считая того, меня чрезвычайно тревожит процесс реструктуризации промышленных зон в больших городках, которая, я убежден, обязана обеспечить занятость как для юных людей, так и для представителей старшего поколения.

- Не могли бы вы огласить несколько слов о для себя? Как вы оказались в Рф и чем занимались до того?

- В системе ООН я работаю уже 30 лет. Начинал с Юго-Восточной Азии, с Лаоса, в Африке работал в програмке помощи популяции, чрезвычайно долго работал в Латинской Америке: в Боливии, в Мексике.

4 года пробыл на Кубе.

Пару лет проработал в штаб-квартире в Нью-Йорке. И все это время я повсевременно смотрел за тем, как СССР, а потом Наша родина взаимодействует с ООН.

Желаю особо выделить: Наша родина остается и будет оставаться источником важных достижений в технологии и формах работы ООН. Я никогда не подразумевал, что приеду работать в Россию.

Но когда мне сделали такое предложение, оно так вдохновило меня, что я немедля согласился. Меня завлекли масштабность задач, с которыми сталкивается ваша страна, и возможность оказать содействие как обыденным людям, так и правительству в их усилиях реформировать страну, переживающую непростые времена.

- Почти все люди в Рф, в особенности представители политической элиты, убеждены, что ООН становится все наиболее бессильной организацией, уступая по влиянию НАТО и единственной сверхдержаве - США. Согласны ли вы с таковой точкой зрения и каким для вас видится будущее ООН?

- Это чрезвычайно тяжелый вопросец, так как он сначала политический.

В особенности в контексте тех напряженных дискуссий и консультаций, которые касаются структуры и роли Совета Сохранности ООН.

Я уверен, что на данный момент мы начинаем созидать мир как нечто чрезвычайно трудно взаимосвязанное.

Это видно на примерах глобальных конференций, которые проводит ООН. Вот вы говорите о НАТО, а я в ответ могу привести для вас пример сотворения Африканского союза, который формируется в эти дни.

Мир становится все наиболее многополярным, а ООН - это конкретно то место, где дискуссируют все главные трудности, с которыми сталкивается население земли: развитие медицины, образования, трудности малышей, неувязка расизма, устойчивого развития...

Я верю, что система организаций ООН способна дискуссировать задачки, надвигающиеся на нас из грядущего, и давать населению земли их решение.

А что вы думаете о этом?